Что-то блеснуло в ее темных миндалевидных глазах.

– По-моему, звучит очень мило.

У него даже повлажнели глаза.

– Я никому об этом не говорил. Глупо, кончено, но…

– Совсем и не глупо. И ты никак не назвал медведя?

– Не знаю.

– Можно я посмотрю? Одежды нет. Только желтая лента на шее, а это нейтральный цвет, не правда ли? И, разумеется, анатомического соответствия нет, как у тех кукол, что продают детям, у которых не хватает ума играть в больницу. – Она вздохнула. – Похоже, твой медведь бесполое существо.

– А вот мы, с другой стороны, нет.

– Согласна с тобой, мы – нет.

Медведь остался с ними в постели. Абсурдно, конечно, заниматься любовью в компании медведя, но, наверное, еще абсурднее убирать его в шкаф. Да и особенной разницы не было. Они слишком увлеклись друг другом, чтобы замечать медведя. Наконец биение их сердец вернулось к нормальному ритму, воздух охладил влажную от пота кожу. Несколько слов, несколько фраз. Дремота. Он лежал на боку, с медведем в руках. Она прижималась к нему сзади. Сон, блаженный сон. Он проснулся, обнимая медведя, но его самого никто не обнимал. Постель наполнял ее запах. Синдра, однако, исчезла. Поднялась глубокой ночью, оделась и удалилась. Он позвонил ей около полудня.

– Наверное, я не найду слов, чтобы описать наслаждение, которое ты доставила мне прошлой ночью.

– Я тоже в восторге.

– Я проснулся с желанием обнять тебя. Но ты исчезла.

– Я не могла заснуть.

– Я даже не слышал, как ты уходила.

– Я не хотела тебя будить. Ты спал, как младенец.

– С медведем в руках.

– Я не могла оторвать от тебя глаз. Так сладко ты спал.

– Синдра, я хочу тебя видеть. Вечером ты свободна?